«Это вопрос, кто имеет больше прав руководить — женщины или мужчины»

Нина Ананиашвили, прима-балерина двух крупнейших трупп мира — Большого театра и American Ballet Theatre (АВТ), возвращается на сцену. В весеннем сезоне АВТ она выступит в главных партиях «Лебединого озера» и «Баядерки». Двухлетний перерыв в карьере 43-летней артистки был связан с рождением дочери Елены. Много времени отнимают у Нины и руководящие обязанности. В 2004 году по предложению Михаила Саакашвили она возглавила балетную труппу Грузинского театра оперы и балета.

—  Выступление в АВТ будет первым после родов?

— Надеюсь, что нет. Я собираюсь регулярно танцевать в Тбилиси начиная с конца января. Если успею набрать форму, естественно.

— Как идет восстановление?

— Как и следовало ожидать, трудно. Организм протестует против грубого, ничем не спровоцированного насилия и требует вернуть свободную жизнь, к которой привык за время моего отсутствия на сцене.

— Есть ли какие-то изменения в привычном тренаже, диете?

— Расписание обычное — утром класс, потом репетиции. Диета тоже незамысловатая — ем мало, только то, что полезно. Да, совсем забыла: я серьезно пристрастилась к тай-чи, есть такая китайская гимнастика. Занимаюсь каждое утро.

— Следите ли вы за тем, что происходит сейчас в Большом балете?

— Только по интернету, к сожалению. Российских газет в Грузии нет — дорого издавать, трудно ввозить, а по российскому телевидению узнаешь все что угодно, кроме того, что действительно нужно.

— Что из руководящего опыта вашего коллеги — художественного руководителя балета БТ Алексея Ратманского — вы хотели бы перенять, а что для вас неприемлемо?

— Пока не имела удовольствия работать под началом Алексея, так что оценивать его руководящий стиль не берусь. А вот перенять его редчайший и искренний талант сочинять балеты, увы, невозможно, хотя очень хочется. Он один такой, и не только в России.

— Когда вы в последний раз были в Москве?

— В начале июня прошлого года, по очень печальному поводу: исполнилось сорок дней со дня кончины моей любимой Раисы Степановны Стручковой (народная артистка СССР, балетмейстер-репетитор БТ. — «Известия»). Не могу свыкнуться с мыслью, что ее больше нет. Не могу забыть церемонии прощания, когда уже закрытый Большой на один день открыли. Распоряжение дал Анатолий Иксанов, за что я буду вечно ему благодарна. Люди шли нескончаемой процессией, и все понимали, что перевернута еще одна страница не только их личной жизни, но и истории Большого театра.

— Но ведь история продолжится в обновленном Большом…

— Может быть, этот Большой будет во сто крат лучше, и я еще в нем станцую, но прежним он не будет. Театр не исчерпывается залом, сценой и квадригой. Театр — прежде всего люди, обогревающие его своим дыханием.

— Что вы думаете о Новой сцене БТ?

— Я успела там выступить. Каждый раз создавалось странное впечатление, что спектакль проходил где-то в другом городе, в обычном среднестатистическом театре, который вдруг возомнил себя Большим. Простите, это мое личное, ни для кого не обязательное мнение.

— И все же, увидим ли мы вас на этой сцене?

— Алексей Ратманский сделал мне вполне конкретное предложение на ноябрь-декабрь этого года. С огромным сожалением пришлось отказаться: я просто не готова ни физически, ни морально. Но он неожиданно оказался человеком настойчивым. Договорились созвониться в январе.

— В мире не так много женщин, возглавляющих балетные труппы. Какими качествами должна обладать женщина-руководитель?

— Женские качества — терпение, терпимость, готовность к поиску компромисса, чувство долга, дисциплинированность — не бывают лишними ни в одной профессии. Но на самом деле этот вопрос отдает каким-то неравноправием полов. Если ты достоин своей должности, понятия «женщина-руководитель» и «мужчина-руководитель» вообще неуместны. Еще вопрос, кто сегодня имеет больше прав руководить. Посмотрите на мир, который обустроили мужчины-руководители. Разве он вызывает восхищение?

— Скорее горечь. А как вы обустраиваете свой мир? Я имею в виду ваш театр.

— Главное, что должен понять человек, которого постигло несчастье возглавить труппу, это — каким он принял коллектив и каким он хочет его видеть через три, шесть, девять лет.

— Почему именно девять?

— Девять лет руководства — максимум. Потом наступает чувство всеобщего удовлетворения, и начинается полный застой. Так вот, применительно к грузинскому балету программа выглядит следующим образом: обзавестись малой энциклопедией мировых шедевров, приступить к заказам балетов, которые будут только в нашем репертуаре, и терпеливо ждать, когда появится свой хореограф или хореографы. Я могу их и не дождаться, но следующий руководитель в любом случае получит нормально работающую труппу с первоклассным репертуаром.

— До закрытия границ между Грузией и Россией вы приглашали в Тбилиси Надежду Грачеву, Галину Степаненко, Сергея Филина, Андрея Уварова…

— Мои коллеги и друзья по Большому театру как танцевали у нас, так и будут танцевать. Гости из других стран тоже выступают на нашей сцене, но артисты Большого — прошу прощения за пристрастность — ближе к сердцу. Наш зритель их хорошо знает, очень любит и считает своими. Тем более что с грузинской стороны граница открыта. Правда, добираться из Москвы в Тбилиси, ко всеобщему неудовольствию, приходится через Киев, Баку, Ереван и — только не смейтесь — Стамбул.

— Вы гражданка Грузии или России?

— С момента распада Советского Союза — России, с 2004 года — еще и Грузии. В порядке исключения мне дали грузинское гражданство.

— Посещает ли Михаил Саакашвили спектакли грузинского балета?

— Президент обязательно бывает на премьерах. Редко, но приходит на обычные спектакли. К балету у него отношение рядового зрителя, то есть почтительное.

— Есть ли у вас возможность читать, смотреть кино?

— Времени не хватает катастрофически. Как только выдается свободная минута, бегу к дочке. Если чудом образуется вольный вечер, провожу его в театрах — Руставели или Марджанишвили.

— Изменились ли ваши пристрастия в моде?

— Нет, не изменились. По-прежнему люблю Йоджи Ямамото, бельгийцев и совершенно хулиганских сицилийцев за удобство, лаконичность и юмор. Терпеть не могу буржуазную и напыщенную одежду. Правда, и ей стоит быть благодарным — она много интересного сообщает о своем владельце.

— Вы говорили, что любите 13-е число. Есть ли у вас еще какие-нибудь счастливые приметы или предметы?

— Вроде бы нет… Разве что перед спектаклем пытаюсь выйти из дома и зайти в театр с правой ноги.

— Несколько лет назад по поводу ваших виноградников вы сказали: «У нас еще нет промышленного производства, мы делаем вино только для семьи». Сейчас что-то изменилось?

— Мой муж (предприниматель и финансист Григорий Вашадзе. — «Известия») начинает строить завод следующим летом. Первую коммерческую партию вина, даст бог, можно будет пробовать через три года. Названия для шести сортов он выбрал и зарегистрировал — оказывается, это очень сложная международная процедура… Вообще-то я, как образцовая грузинская жена, лишних вопросов о делах мужа не задаю. Меньше знаешь — меньше нервничаешь и лучше спишь.

— Удастся ли попробовать ваше вино в России?

— Не знаю. Честно говоря, сомневаюсь, что Россия в обозримом будущем снимет запрет на импорт грузинских вин.

— Ваши предпочтения в винах?

— Во-первых, вина моего мужа. Во-вторых, итальянские красные, которые, на мой непросвещенный взгляд, сейчас вне конкуренции, особенно те, что родом из Пьемонта, Тосканы и Сицилии, хотя в последнее время удивительные вина пошли из Апулии. Из белых больше других люблю эльзасские и Sancere.

— А что скажете о любимых кухнях?

— Все балетные любят вкусно поесть, и я не исключение. По мне, всякая кухня хороша (на нашу погибель!), когда есть хочется, но любимых три: грузинская, итальянская и японская.

— Фраза из вашего интервью: «Когда мы поженились, Григорий сказал: «Первые двадцать лет я буду работать для тебя, а оставшиеся дни — ты для меня». Вы вместе 18 лет. Муж держит слово?

— Мы просто пошутили! Вы, журналисты, такие легковерные, честное слово… Какие между мужем и женой счеты? Сочтемся семейными радостями. А если серьезно, то обещания мы выполняем: всего добились своим трудом и почти не расстаемся. Нам не скучно, и, если бы эти годы прошли на безлюдном острове, в борьбе за пропитание, мы были бы так же счастливы.

Источник:

Известия.

Leave a Comment